интервью

05.04.2006 / Ноам Хомский

Соединенные Штаты - модель господства

— Господин Хомский, вы противник политики США. Каких политических позиций вы придерживаетесь?

— Если вы подразумеваете демократическую или республиканскую партию, то ни к одной из них я не могу себя причислить. Политологами часто указывалось, что США — скорее государство одной партии и партия эта — бизнес, причем партия с двумя фракциями, демократической и республиканской. Большинство населения, кажется, согласно с этим. Очень многие (иногда более 80% населения) полагают, что правительство отвечает «особым интересам немногих», а не «всего народа». <…> Более серьезные политологи обычно называют США не «демократией», а «полиархией» — системой, управляемой элитой и периодически одобряемой широкими массами.

— Каковы цели присутствия Америки в Ираке и на Ближнем Востоке вообще?

— Первичная цель, бесспорно, состоит в том, чтобы управлять областями Персидского залива с огромными энергетическими ресурсами, включая Ирак. В планах у США, несомненно, имеется цель создать зависимое государство, если получится — демократической формы, но это разве только в целях пропаганды. Ирак же должен будет представлять собой то, что британцы в период управления этим регионом называли «арабским фасадом» Конечно, всегда существует национальный сектор, обогащающийся за счет управления «фасадом». В Вашингтоне уже заявили о намерении заключить «соглашение о соотношении сил», которое гарантировало бы США право удерживать военные силы в Ираке и, что особенно важно, иметь собственные военные базы.

— Действительно ли эта война отвечает национальным интересам Соединенных Штатов? Как вы вообще оцениваете состояние национальной безопасности США?

— Соединенным Штатам угрожают только терроризм и оружие массового поражения, и рано или поздно эти угрозы наверняка сольются в одну, возможно, с ужасающими последствиями. Наиболее влиятельное государство мира заявило о своем намерении напасть на кого пожелает — без предлога или международного разрешения — в «Стратегии национальной безопасности» в сентябре 2002 года. Заявление сразу побудило предпринять «показательные действия», чтобы продемонстрировать всем, что оно означает именно то, о чем в нем говорится.

Ни одна армия не может быть сильнее армии Соединенных Штатов, поскольку тратят они на нее столько же, сколько весь остальной мир в целом. Но у слабых есть свои средства, а именно террор и оружие массового уничтожения. Поэтому во всем мире эксперты имеют основания делать универсальные прогнозы по поводу того, что рост терроризма и распространение оружия массового уничтожения вызываются именно обнародованием «Стратегии национальной безопасности» и вторжением в Ирак.

Люди из администрации Буша понимают это ничуть не хуже спецслужб и независимых аналитиков. Просто для них не это главное — гораздо важнее мировое господство и следование реакционной программе внутренней политики, нацеленной на разрушение прогрессивного законодательства, принятого в прошлом столетии для защиты населения от деструктивных воздействий рыночной системы. Международные и внутренние цели в глазах этих людей кажутся намного важнее безопасности или даже выживания страны.

— В какой мере США интересуют международные законы и соглашения?

— В течение долгого времени США демонстрировали полное презрение к Совету Безопасности, Международному суду и вообще к международному праву. Это неоспоримо. Но члены нынешней администрации выражают настолько исключительное неуважение к международным законам и организациям, что оно даже было подвергнуто осуждению внешнеполитической элитой.

— Вы считаете США лидером террористов — почему? И до какой степени их интересует защита человеческих ценностей?

— Я не называл США лидером террористов, но я опираюсь на документы, подтверждающие длинный и ужасающий список терактов, совершенных этим государством, и действий, направленных на поддержку терроризма его сателлитов. Составляя этот список, я опирался на официальное определение термина «терроризм», данное правительством США. Обычно мало кто желает использовать официальные определения, потому что сразу же напрашиваются выводы, подобные моим. <…>

Фактически Соединенные Штаты — единственное государство, осужденное Международным судом за то, что равнозначно международному терроризму, а именно за агрессию против Никарагуа. Суд потребовал, чтобы администрация Рейгана, состоящая из людей, которые сейчас снова пришли к власти, прекратила свою террористическую войну с Никарагуа. Конечно же, администрация проигнорировала это требование, после чего конфликт резко обострился, а США наложили вето на решения Совета Безопасности, поддержавшие Международный суд. <…> Могут ли сверхдержавы защищать человеческие ценности? Конечно, могут и иногда даже защищают, в том числе и США. Это происходит, когда защита прав человека соответствует интересам власти или когда этого требует проснувшееся население. Оба этих фактора сыграли свою роль, когда в 90-е Соединенные Штаты пытались защитить иракских курдов, в то же самое время осуществляя решительную военную и дипломатическую поддержку репрессий в отношении курдов за границами Ирака. Между тем население США не осознавало и не осознает этих преступлений — их вопиющая очевидность была тщательно скрыта СМИ и интеллектуалами.

— В некоторых ваших работах вы утверждаете, что больше нет надежды на лучшее будущее с тех пор, как мощь США возрастает. Почему вы так пессимистичны?

— Я никогда этого не говорил. Скорее, наоборот. Я очень надеюсь на лучшее будущее, и его создание должно стать главной обязанностью для народа США, Запада вообще, да и всего остального мира. И есть подающие надежду признаки, о которых я постоянно говорю. Что касается «американской модели», вывод зависит от того, что вы имеете в виду. К чести американского народа, нужно сказать о замечательных достижениях: например, насколько я знаю, степень защиты свободы слова в Америке не имеет аналогов во всем мире; народ добился и многих других прав. Их не подарил добрый дядя, их добились люди, посвятившие себя борьбе. Если вы имеете в виду эту модель, то я очень надеюсь на ее успех как в США, так и где бы то ни было.

Если же под «американской моделью» вы подразумеваете то, о чем говорится у Буша в «Стратегии национальной безопасности» и что осуществляется на практике, или неолиберальную экономическую модель, которая разработана специально для передачи управления большей частью мира транснациональным корпорациям, связанным друг с другом и с несколькими могущественными государствами, — то, что международная бизнес-пресса называет «де-факто мировым правительством», — тогда я, конечно, надеюсь на то, что она не окажется успешной, и всем нам следует на это надеяться.

— Некоторые осуждают вас как самого воинственного американца из противников Израиля, некоторые говорят, что вы ненавидите себя как еврея. Как получается, что вы критикуете Израиль в такой манере?

— Интересные обвинения. Те, кто знает Библию, представляют себе их причины. Они (обвинения) ведут к царю Ахабу, который воплощал зло. Царь Ахаб осудил пророка Илию за ненависть к Израилю. Царские придворные согласились с этим обвинением. Илия был «евреем, ненавидящим себя», потому что, заимствуя терминологию у современных «придворных», критиковал политику царя и взывал к справедливости и уважению прав человека. Похожие обвинения звучали и в бывшем Советском Союзе: диссидентов обвинили в ненависти к России. Есть и другие примеры в военных диктатурах и тоталитарных государствах. Такая критика обнажает глубоко спрятанные тоталитарные установки.

Тоталитаризм отождествляет власть с народом, с культурой, с обществом. Израиль — это царь Ахаб, Россия — это Кремль. Для тоталитаризма критика государственной политики означает критику страны и народа. Для тех, кто имеет хоть какое-то отношение к демократии и свободе, такие обвинения выглядят просто нелепо.

Если бы в Италии человек, критикующий Берлускони, был объявлен «антиитальянцем», это вызвало бы насмешку в Риме или Милане, хотя оказалось бы возможным при Муссолини. Особенно интересно, когда такая позиция появляется в свободном обществе.

В действительности я не особенно критикую Израиль, но категорически осуждаю значительную роль США — в конце концов, это моя страна — в поддержке варварских преступлений своего сателлита и преграждении пути к мирному политическому урегулированию конфликта по линиям, которые были поддержаны фактически всем миром начиная с 1970-х. Для тоталитарного менталитета это означает «ненависть к Израилю» или «ненависть к Соединенным Штатам». Царь Ахаб и его придворные, Кремль и его комиссары и прочие, кто призывает к подобострастному отношению к власти, без сомнения, согласятся. Те, кто дорожит свободой, справедливостью и правами человека, выберут другой путь, как это уже случалось в истории.

Перевела Евгения Спасская.

• источник: www.politjournal.ru